|
|
 |
Вот и пошел
|
Была у Вовочки парализованная мать и еще пяток меньших братьев и сестер. А это, как вы сами понимаете, не фунт изюму — когда у тебя, двадцатидвухлетнего, считай пацана, на руках шесть ртов. Их ведь и накормить и одеть надо. Вот и пошел Вовочка в плавильщики, хотя по его  характеру работать бы лучше слесарем КИПа. Работа там не пыльная и не особо чтоб бойкая. А Вовочка задумчивый был, все норовил нос в книжку сунуть. В обед читал — смех! Тут и времени-то нет, мы ведь без обеда работаем, так добежишь до столовой — нам без очереди отпускают — возьмешь, что душа и желудок просят, сметаешь все торопливо и опять к печке. Так нет, пока все толкаются, Вовочка книжечку вытащит и читает. Сначала смеялись, потом уважать стали. У нас любят, когда человек свою линию гнет, не уступает, а бесхребетных... Ну да ладно.
Гунявый... Слово-то какое противное.
Стали ребята замечать, что Вовочка работает, орудует своей лопатой, а сам улыбается, всю смену, как майская черемуха цветет. А работа все-таки у огня, иной раз, особенно после обеда, от жары-то как начнет вертеть в желудке — спасу нет, так что не до улыбок. Вот и решили — заженихался Вовочка, хотя виду не подаем, что зря парня раздражать. А сами прикидываем: у него и так шестеро, да если женится — ужас! Да еще какая девка попадется, другая в такую семью не пойдет, а ему мать бросать, что ли?
|
И они ушли Специально приехал. Задумался Ну да ладно Работал на первой Наблюдаем
|
|
| |
|
|
| |
|
|
|
|
