Так есть ли необходимость в парусной практике курсантов на судах, не являющихся местом их будущей производственной деятельности? Почему в составе флотов всех
морских держав есть учебные парусники? Неужели нельзя обучать будущих моряков на современных судах, не подвергая их опасностям и риску на зависящих от капризов стихии парусниках?
Действительно, современные суда, оснащенные мощными, энергетическими установками, совершенной электрорадионавигационной аппаратурой, своевременно получающие сведения о гидрометеообстановке во всех рай-
«Веревок» на барке много
онах океана, в значительно меньшей мере зависят от коварства водной стихии. Их экипажам не приходится, как в давние времени, в течение долгих месяцев страдать от жажды и голода, заштилев вдали от берегов; налетевший ураган не застанет врасплох, — не рвутся под его напором паруса и такелаж, но море, как и прежде, остается грозной стихией, и, чтобы иметь представление о его реальной силе, нужно посмотреть ему «в глаза» не] из иллюминатора рубки или каюты комфортабельного теплохода, а с заливаемой палубы или раскачивающейся реи под рев ветра и грохот волн.
Проходя свою первую плавательную практику, курсанты гораздо острее, чем на любом другом судне, чувствуют, что с морем «шутить нельзя», что только умением человек может противоборствовать ему в самых критических ситуациях. А такие ситуации в море бывают нередко. Это и потеря винта, и выход из строя машины, и кораблекрушения, в результате которых команда вынуждена спасаться на шлюпках и плотах. По данным Ливерпульской ассоциации страховщиков, ежегодно на морях и океанах гибнет в общей сложности
примерно 250 крупных судов и десяток пропадает без вести.
