Он сочувствовал и понимал его, а вот, поди ж ты, настроение все-таки испортилось.
На свидание Таня пришла вовремя, что даже удивило Лешку, и они пошли в парк.
В парке заканчивался сентябрь, и сырой осенний ветер гонял по дорожкам последние опавшие листья.Им не было скучно,— нет! — молчали они не поэтому, а потому что еще стеснялись своего положения — пара... Хм!
В парке зажглись светильники. И они, идя по аллеям, инстинктивно старались не попадать в полосы света, чтоб не быть увиденными другими гуляющими.
Лешка проводил Таню до дома. Они долго стояли в подъезде и по-прежнему молчали. В тот вечер они не сказали, наверное, и двадцати слов. Таня, казалось, чего-то ждала, а Лешка будто хотел сказать, но не мог. Он знал, что в Италии парень, проводивший девушку, имеет право на поцелуй, и размышлял,— является ли это правило всемирным.
Таня, видимо не выдержав становившегося уже тягостным молчания, сказала тихо:
— Поцелуй меня, пожалуйста... Вот сюда,— и повернулась к нему щекой.
